.: The Role Game ~ Rurouni Kenshin :.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » .: The Role Game ~ Rurouni Kenshin :. » Япония » Дэнсё


Дэнсё

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Дэнсё-традиция

Всё о японских традициях и что с ними связано.
Заветы предков для японца это всё: чайная и свадебная церемонии совсем не изменились за прошедшие века, так же, как и кимоно, которое носится некоторыми представительницами старшего поколения в качестве повседневной одежды. К отмечаемым праздникам добавились несколько новых «красных дней календаря», но в общей массе состав праздников почти не изменился.
Флуд не приветствуется!

Сэмпай-кохай
Правила старшинства в отношениях японцев

Многие элементы японской культуры коренным образом отличаются от таких же элементов культуры западной. Особенно ярко это отражается в межличностных отношениях. Человеческие отношения в социуме (не только в Японии, разумеется) можно представить двумя направлениями – по вертикали и по горизонтали. По вертикали строятся отношения между родителями и детьми, по горизонтали – между школьными друзьями, к примеру, или коллегами по работе. у японцев очень развито именно вертикальное направление и система подчинения младших старшим доминирует в отношениях по всей Японии.

Горизонтальные взаимосвязи отражаются словами дорё и докусэй. Первое используется деловыми людьми для обозначения своих коллег или людей, занимающих одинаковое служебное положение в компании, учреждении, на любой работе. Докусэй применяется к студентам, одноклассникам или просто к сверстникам. Подобные равноправные отношения среди японцев не распространены, а преобладает, как уже говорилось, система подчинения типа сэмпай-кохай. Сэмпай по-японски означает старший (по положению, возрасту и т.п.) и впервые появился в древних китайских письменах для обозначения вышестоящих по положению лиц. В современном японском языке сэмпаем называют также выпускника (школы, института и т.п.) более раннего года выпуска.

Слово “кохай” прямо противоположно по значению «сэмпай». «Ко» переводится как «более поздний» или «после, потом», а «хай» - «коллега, товарищ, помощник». Поэтому те, кто поступил в школу/институт позже, автоматически становятся кохай и считаются как бы нижестоящими по отношению к сэмпай из-за недостатка опыта.

Японцы склонны придавать чрезмерное значение вертикальной субординации даже в повседневной жизни. Например, они никогда не сядут или не начнут разговор, пока не выяснят статус и старшинство окружающих их людей. В школах и компаниях старшие принимают как должное знаки уважения к ним со стороны более молодых, поскольку более опытны в своем деле или других занятиях. В японских компаниях все еще придается значение возрасту работающего, чем его способностям, т.к. вся система пожизненного найма, зарплата и бонусы основаны на приоритете старших.

Отношения сэмпай-кохай существовали на протяжении всей японской истории, но особое влияние на утверждение подобной практике оказали, разумеется, конфуцианство (конфуцианская «преданность» трансформировалась в верность своему господину, а затем и императору), традиционная семейная система (отец являлся непререкаемым, бессменным и единственным главой семьи, обладавшим всей полнотой власти, а старший сын наследовал всё состояние семьи) и старый гражданский кодекс.

Приоритетное положение старших отражено в определенных грамматических конструкциях японского языка. Когда японцы разговаривают с теми, кто выше по статусу или старше, они используют три основные формы учтивой речи (кэйго): сонкэйго (учтиво-почтительная речь), кэндзёго (скромно-почтительная речь) и тэйнэйго (вежливая речь). Сонкэйго и кэндзёго располагают особым набором выражений, тэйнэйго используется в более стандартных ситуациях.

Сонкэйго применяется в случае, когда говорящий выражает почтение собеседнику или лицу, о котором идет речь в разговоре. При этом происходит как бы «возвышение» собеседника посредством использования специальных учтивых выражений и форм вежливого обращения (суффиксы –сан, -сама, -доно. Кстати, -сан – это нейтральная форма вежливого обращения и может переводиться как «господин/госпожа», а –сама имеет тот же смысл, но с оттенком подчеркнутого уважения). Сенсей используется в среде врачей, юристов, учителей.

Прибегая к кэндзёго, говорящий как бы принижает свое положение по отношению к собеседнику, проявляя скромность. Нейтрально-вежливая речь тэйнэйго характеризуется использованием префиксов вежливости о- или го- с существительными или глаголов в форме на –мас и глагольной связки дэс. Отличие тэйнэйго в ее универсальности. Нейтрально-вежливая речь служит не только для общения с вышестоящими, так принято говорить вообще с любыми окружающими людьми. Это самая распространенная разновидность речевого общения среди японцев.

Вернемся непосредственно к самим отношениям сэмпай-кохай. В настоящее время наиболее ярко данные отношения наблюдаются в школах, где субординации придается большое значение. Ученики последних классов в трехлетних средних школах первой и второй ступени оказывают огромное влияние на младшеклассников. Особенно это подчеркивается в различных внеклассных секциях и кружках. В спортивных секциях кохай обычно убирают помещения, собирают мячи и готовят экипировку для старших. При встрече со старшими они обязаны кланяться или вежливо их приветствовать. Субординация по возрасту распространяется также и на учителей, хотя японские школы стремительно меняются, мало кто из учеников возразит учителю или сделает замечание. Лучше обстоит дело в японских университетах – студенты всё так же используют формы вежливого обращения с преподавателями, но в своей среде системы сэмпай-кохай придерживаются не так строго, т.к. очень часто вместе учатся студенты разных возрастов. В деловом мире отношения, основанные на сэмпай-кохай, соблюдаются неукоснительно. В частности, это заметно на совещаниях – более молодые сотрудники занимают менее почетные места у самой двери в то время, как глава компании занимает место рядом с важным гостем.

К сожалению, бывают случаи злоупотребления сэмпаями своим положением, особенно это заметно опять-таки в школах. К ещё большему сожалению нужно отметить, что подобных случаев довольно много.

В целом же, система сэмпай-кохай подвергается изменениям: в различных сферах деятельности всё больше японцев ею пренебрегают, переходя на «западные рельсы общения». В заимствовании же, как в факте, нет ничего плохого при знании меры, однако как можно заметить, японцы меры не знают;)

0

2

Минка: традиционный японский дом
Минка (minka; дословно «дом(-а) людей») – это традиционный японский дом.


В контексте деления японского общества на классы минка были жилищами японских крестьян, ремесленников и торговцев, т.е. несамурайской части населения. Но с тех пор классовое деление общества исчезло, поэтому словом «минка» могут называться любые традиционные японские дома соответствующего возраста. 

Минка обладают широким диапазоном стилей и размеров исполнения, что в значительной степени связано с географическими и климатическими условиями, а также с образом жизни обитателей дома. Но в принципе минка можно разделить на два типа: деревенские дома (нока; nōka, 農家) и городские дома (матия; machiya, 町屋). В случае с деревенскими домами также можно выделить подкласс рыбацких домов, которые называются гёка (gyoka, 漁家).

В целом сохранившиеся минка рассматриваются как исторические памятники, многие из них являются объектами охраны для местных муниципалитетов или национального правительства. Особо следует отметить так называемые «гассё-дзукури» (gasshō-zukuri, 合掌造り), которые сохранились в двух деревнях в центральной Японии – Сиракава (префектура Гифу) и Гокаяма (префектура Тояма). В совокупности эти постройки были занесены в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Особенностью этих домов являются их крыши, которые сходятся под углом в 60 градусов, как руки, сложенные в молитве. Собственно, это отражено в их названии – «гассё-дзукури» можно перевести как «сложенные руки».

Центральным положением при строительстве минка было использование дешёвых и доступных строительных материалов. Крестьяне не могли позволить себе импортировать что-то очень дорогое или использовать то, что сложно найти в их родной деревне. Так что нока почти поголовно сделаны исключительно из дерева, бамбука, глины и различных видов трав и соломы.

«Скелет» дома, крыши, стены и опоры сделаны из дерева. При изготовлении внешних стен часто использовались бамбук и глина, а внутренние стены не возводились и вместо них использовались скользящие перегородки или ширмы-фусума.

Травы и солома использовались также для изготовления кровли, циновок мусиро и матов татами. Иногда кровля в дополнение к соломе покрывалась черепицей из обожженной глины. Для создания или укрепления фундамента дома часто использовался камень, но при строительстве непосредственно самого дома камень никогда не использовали.

Как и в других формах традиционной японской архитектуры, деревянные опоры выдерживали основной вес постройки, так что «окна» можно было делать в любой части дома. Опоры формировали «скелет» дома, соединяясь с поперечными балками хитроумной структурой без применения гвоздей, а «отверстия» в стенах дома делали при помощи сёдзи и более тяжёлых деревянных дверей.

Гассё-дзукури, возможно, являются самыми узнаваемыми японскими домами, а также самыми высокими – из-за их выдающихся во всех смыслах крыш. Высокие крыши позволяли обходиться без дымохода и устраивать обширные складские помещения, а также – в первую очередь – защищать дом от попадания влаги. Благодаря конструкции крыши снег или дождь сразу скатывались вниз, не задерживаясь, благодаря чему крыша была практически «непромокаемой», а солома, покрывающая её, почти не гнила.

Существуют три основных стиля крыш, которые имеют ряд сходных черт с крышами домов других стилей японской архитектуры. Большинство матия имеют двускатные остроконечные крыши «киридзума» (kirizuma, 切妻), крытые кровельной дранкой или плиткой. В отличие от этого, большинство нока покрывались либо соломой (ёсэмунэ; yosemune, 寄せ棟) и обладали крышами со скатом на четыре стороны, либо их крыша делалась с многочисленными фронтонами и покрывалась дранкой и соломой (иримоя; irimoya ,入母屋).

На коньке крыши и в местах стыковки различных секций устанавливались специальные колпаки. Плитка или дранка, которыми покрывались крыши, часто служили единственным художественным украшением домов, плюс коньки крыш украшались орнаментом.

Внутреннее убранство минка обычно делилось на две секции. В первой из них оставляли земляной пол, эта территория называлась «дома» (doma, 土間), а во второй пол поднимали на 50 см выше уровня дома и покрывали татами или мусиро. Дома использовалась для приготовления пищи и других сельскохозяйственных нужд. В ней, как правило, устанавливалась глиняная печь камадо (kamado, 竈), деревянный умывальник, бочки для еды и кувшины для воды.

Большая деревянная дверь одо (ōdo) служила главным входом в здание. В приподнятом полу часто сооружали встроенный очаг ирори (irori, 囲炉裏), но при этом не сооружали никакого дымохода, который соединял бы очаг с внешней средой. Только иногда в крыше делали небольшое вентиляционное окошко. Дым уходил в вверх, под крышу, так что жители не дышали им и сажей, но тем не менее дым пачкал солому, которую приходилось часто менять.

Хотя существует множество различных способов размещений комнат в пределах дома, одним из наиболее популярных был способ ёмадори (yomadori, 四間取り), согласно которому в «белом» доме выделялись четыре комнаты. Отдельными друг от друга они были только по названию, поскольку жителям нужно было пройти через ту или иную комнату, чтобы добраться до другой. Две из них использовались для повседневной жизни семьи, включая комнату, в которой находился ирори. Иногда для освещения использовалась маленькая масляная лампа, но из-за стоимости топлива, очаг чаще всего являлся единственным способом освещения в доме в тёмное время суток.

Во время приёма пищи вся семья собиралась в комнате с очагом, причём каждый член семьи имел своё собственное место, соответствующее его социальному статусу в пределах семьи. На той стороне, которая дальше всех находилась от домы, сидел глава семьи. С другой стороны сидела хозяйка и все женщины семьи, третья сторона предназначалась для членов семьи мужского пола и гостей, а четвёртую занимала груда дров.

Другие комнаты служили спальнями и комнатой для гостей. В комнате для приёма гостей в нише токонома, как правило, размещался свиток с изречениями или живописью или же ставилась икебана. Такие ниши ещё можно встретить в современных японских домах, особенно тех, в которых есть комнаты, выдержанные в традиционном японском стиле.

Туалет и ванна часто сооружались в виде отдельных ото всего дома структур или же в виде части основной структуры дома, но находящихся под карнизом крыши. 

Матия являлись традиционными городскими домами в Японии и типичными для исторической столицы Киото. Матия появились ещё в эпоху Хэйан и продолжали развиваться вплоть до эпохи Эдо и даже в перид Мэйдзи.

В матия обитали городские торговцы и мастера, которые вместе составляли класс, называемый тёнин (chōnin; «горожане»). Слово «матия» может писаться двумя способами: 町家или町屋. Здесь «мати» (町) означает «город», а «я» - «дом» (家) или «магазин» (屋). В любом случае и то, и другое написание является верным.

Матия отличались от своих сельских собратьев. Основной дом (омоя; omoya, 母屋) располагался перед складскими помещениями (кура; kura, 倉) или стоял отдельно (засики; zashiki, 座敷).

Дома, как правило, была вытянута и проходила от передней части дома к складу, находящемуся на задворках, и к ней прилегали три-четыре комнаты. В комнате, которая ближе всех находилась к улице, использовалась для ведения дел или под магазин и называлась мисэ (mise, 店). Средняя комната использовалась для развлечения гостей, а в последней комнате, которая ближе всех находилась к саду во внутреннем дворе и в которой находилась токонома, жили хозяева. В отличие от нока, в матия часто была отдельная комната, где спала семья. Второй этаж дома использовался для хранения вещей, которыми семья пользовалась более регулярно, чем те, которые хранились на задворках на складе.

0

3

Чайная церемония

Формирование чайной церемонии (тяною) как одного из величайших явлений японской культуры происходило в очень тяжелое, смутное для страны время, когда междоусобные кровавые войны и распри феодальных кланов делали жизнь людей невыносимой. Чайная церемония возникла под влиянием эстетики и философии дзен-буддизма и стремилась противопоставить настроению безысходности поклонение Красоте.

В те времена властители из военного сословия и богатые торговцы, собираясь для политических и торговых дискуссий, часто пользовались случаем для того, чтобы подать чай. Считалось утонченным удовольствием сидеть на досуге в тихой чайной комнате, отстранившись от жизненных забот и волнений, и внимать звукам воды, кипящей на жаровне. Великий учитель Сэн-но-Рикю возвел чаепитие в искусство. Он смог развить искусство чайной церемонии в том виде, в котором он это сделал, отчасти из-за существовавшего вышеупомянутого социального фона.

Чайной церемонии присущи две основные черты, развившиеся при покровительстве Тоётоми Хидэёси и отражающие его собственную жизнь и характер. Завоевание страны, совершенное Хидэёси, представляло собой покорение провинциальной земледельческой силой как старого центрального правительства, так и его искусства. С одной стороны, утопающие в роскоши помпезные дворцы, а с другой— чайные комнаты, напоминающие своим оформлением простой соломенный сельский дом; и все же это разнородные, но стороны одной медали. Военачальники и преуспевающие торговцы согласно своему положению демонстрировали величие и достаток, но сердцем желали жить в атмосфере спокойного созерцания. Чайная комната была местом, где правят мир, доверие и дружба, что в те времена как нельзя лучше отвечало желаниям сильных мира сего.

Чайная комната, сооруженная Сэн-но-Рикю, на первый взгляд казалась очень простой и даже слишком маленькой. Но планировалась она самым тщательным образом, с тонкой разборчивостью, вплоть до самой мельчайшей детали. Она была оформлена скользящими дверями, покрытыми белоснежной полупрозрачной японской бумагой. Потолок был отделан бамбуком или тростником, а открытая фактура стен высоко ценилась. Опоры в большей своей части были деревянными, сохраняющими свою естественную кору. С целью создать эффект жилища отшельника при оформлении чайной комнаты все бесполезное убранство и чрезмерные украшения были отброшены.

В XV—XVI вв. чайная церемония превратилась в своеобразный ритуально-философский мини-спектакль, в котором каждая деталь, предмет, порядок вещей имели свое особое, неповторимое значение. Сегодня, как и много веков назад, тяною продолжает пользоваться большой популярностью среди японцев.

Согласно легенде, тяною возникла в Китае во времена первого патриарха буддизма Бодхидхармы. Однажды, гласит легенда, сидя в медитации, Бодхидхарма почувствовал, что глаза его закрываются и против воли его клонит ко сну. Страшно рассердившись на себя, он вырвал свои веки и бросил их на землю. На этом месте вскоре вырос необычный куст с сочными листьями. Позднее ученики Бодхидхармы стали заваривать эти листья горячей водой и пить чудодейственный напиток, помогающий надолго сохранять бодрость.

На самом деле чайная церемония возникла в Китае задолго до появления буддизма. Многие источники повествуют о том, что ее ввел еще Лао-цзы. По преданиям, именно он примерно в V а до н. э. предложил ритуал с чашкой «золотого эликсира». Этот ритуал процветал в Китае много веков, вплоть до монгольского нашествия. Позже китайцы свели церемонию с «золотым эликсиром» к простому завариванию высушенных определенным образом листьев чайного куста. Японцы же избежали монгольского завоевания и благодаря этому продолжали культивировать искусство чаепития, развивая и дополняя его.

Сегодня чайная церемония — это наиболее самобытное, уникальное искусство. Она играет важную роль в духовной и общественной жизни японцев уже на протяжении нескольких веков. Со временем ритуал проведения чайной церемонии канонизировался, заданными стали последовательность действий и поведения. Уже войдя в простые деревянные ворота, гости погружались в особый мир, оставляя за спиной все мирское и в молчаливой сосредоточенности подчиняясь лишь законам действа.

Классическая тяною — это строго расписанный ритуал, в котором участвует мастер чая (человек, который заваривает и разливает чай) и остальные участники церемонии. По существу мастер чая — это жрец, совершающий чайное действо, остальные — приобщающиеся к нему. У каждого свой определенный стиль поведения, включающий как позу при сидении, так и каждое движение, вплоть до выражения лица и манеры речи.

Во время чаепития произносятся мудрые речи, читаются стихи, рассматриваются произведения искусства. Для каждого случая с особой тщательностью подбираются букеты цветов и специальная посуда для заварки напитка. Постепенно такая процедура захватила и другие слои общества В XVI—XVII вв. церемония стала популярной среди японской аристократии, самураев. Постепенно она сформировалась в своего рода систему отдыха от будничных забот. Сегодня во многих домах людей средних классов церемониальный чай готовят по сокращенному очень простому церемониалу «рякуси-ки», даже не для гостей, а для собственного удовольствия Классический ритуал чаепития совершается в специальном садовом домике — тясицу. Первый такой домик был построен в 1473 г. Конструкция домика и устройство прилегающего к нему сада были связаны с эстетическими категориями «саби» и «ваби», обозначающими гармоническое слияние изысканного и простого, спокойного и печального, скрытой красоты, лаконизма и приглушенности красок.

Сначала чайные домики были похожи на крошечные бедные хижины восточных мудрецов, предельно скромные как по внешнему виду, так и по внутреннему убранству. Простота обстановки создавала высшее ощущение красоты, постигать смысл которой следовало путем философского осмысления реальности. В качестве украшений допускался лишь свиток с философским изречением, старинная картина и букет цветов.

Все известные мастера тяною были приверженцами дзен-будцизма. Сама процедура церемонии чаепития и устройство садового домика отражали основные идеи дзен. Размер комнаты для чаепития примерно 8 м2. Согласно древним источникам, в таком помещении однажды смогли вместиться 84 тысячи учеников Будды. Основные положения буддизма волне допускают реальность такого события, поскольку у «истинно просветленных» нет веса и объема тела. В домике царит полумрак, создающийся слабым светом из небольших окошечек под самым потолком и отражением света от стен, отделанных темно-серой глиной. Вся эта обстановка вызывает у гостей ощущение приятного уединения в тени.

Весь интерьер классических чайных домиков в полной мере соответствует эстетическим канонам и национальному характеру японцев, стремящихся к достижению внутренней гармонии. Участники чайной церемонии проходят к павильону, где проводится чаепитие, по дорожке из камней через маленький сад. В саду возвышаются каменные фонари и просто лежат камни, поросшие мхом. Камни на дорожке должны быть положены как бы случайно, каждый на некотором расстоянии от другого. Согласно преданию, устройство такой дорожки восходит к большим кускам белой бумаги, которыми покрывалась мокрая трава для того, чтобы роса не замочила одежды сегуна Ёсимасы Асикаги, когда он шел на чайную церемонию. И как бы в память об этом событии дорожка названа родзи, т. е. земля, увлажненная росой. Позднее слово «родзи» стало обозначать не только путь к чайному домику, но и весь сад около него. Человек, вступающий на выстланную крупным камнем дорожку, ведущую к чайному домику, оставляет в этот момент все свои мирские заботы и сосредоточивается на ожидающей его церемонии. По мере спокойного продвижения к домику сосредоточение усиливается. Этому способствует старый фонарь, тусклый свет которого освещает дорожку в вечерние и ночные часы, камень-колодец (цукубаи), в выдолбленном углублении хранящий воду для омовения рук и полоскания рта. На таком сосуде-колодце лежал маленький ковшик из бамбука с длинной ручкой. Каждый гость был обязан омыть руки, лицо, прополоскать рот, затем омыть после себя ручку ковшика.

Сосуды с водой — непременная деталь не только чайного сада, но и любого храма. В саду обычно растут сосны, кипарисы, бамбук, вечнозеленый кустарник Все элементы сада чайной церемонии призваны создавать особое настроение сосредоточенности и отрешенности. Благодаря этому принцип «саби» был осмыслен как новый тип Красоты, воплощенный не только в архитектуре чайного домика и устройстве чайного сада, но и в подборе всех предметов: чайницы, котелка для кипячения воды, чашек для чая. В чайной церемонии, по мнению Рикю, все должно было составлять единый художественный ансамбль.

Особое значение придавалось конструкции чайного домика. Это небольшая комната, в которую ведет узкий и низкий вход — около 90 см в длину и ширину. В идею столь уменьшенного входа в чайный домик был заложен глубокий философский смысл: каждый, кто хочет приобщиться к высокому искусству чайной церемонии, независимо от ранга и чина должен непременно согнуться, потому что здесь все равны. Низкий вход не давал также возможности аристократам из военного сословия войти внутрь вооруженными — длинные мечи приходилось оставлять за порогом. И это было символично: пусть оставят вас все жизненные невзгоды и мирская суета, пусть ничто не волнует ваше сознание здесь, где надо сосредоточиться на прекрасном. Как это принято во всех японских домах, входя в чайный павильон, гости снимали обувь и оставляли ее у порога. При входе гости совершают поклон и усаживаются по-японски на циновки.

Соответствующее настроение создает и сама обстановка, которая на удивление проста и скромна: медный чайник, чашки, бамбуковая мешалка, ящичек для хранения чая и т. п. Японцы не любят ярких блестящих предметов, им импонирует матовость. Д Танидзаки пишет по этому поводу: «Европейцы употребляют столовую утварь из серебра, стали либо никеля, начищают ее до ослепительного блеска, мы же такого блеска не выносим. Мы тоже употребляем изделия из серебра... но никогда не начищаем их до блеска. Наоборот, мы радуемся, когда этот блеск сходит с поверхности предметов, когда они приобретают налет давности, когда они темнеют от времени... Мы любим вещи, носящие на себе следы человеческой плоти, масляной копоти, выветривания и дождевых отеков». Все предметы для чайной церемонии несут на себе отпечаток времени, но все безукоризненно чисты. Полумрак, тишина, самый простой чайник, деревянная ложка для насыпания чая, грубая керамическая чашка — все это завораживает присутствующих.

Самым важным элементом в интерьере чайного домика считается ниша — токонома. В ней обычно помещался свиток с живописью или с каллиграфической надписью и ставился букет цветов, курильница с благовониями. Токонома располагалась напротив входа и сразу же привлекала внимание гостей. Свиток для токонамы подбирался с особой тщательностью и был непременным предметом обсуждения во время церемонии. Он написан в дзен-буддийском стиле и такой архаичной каллиграфией, что немногие могут разобрать и понять смысл написанного, например: «Бамбук зеленый, а цветы красные», «Вещи есть вещи, и это прекрасно!» или «Вода есть вода». Присутствующим разъясняли смысл этих изречений, внешне простой, но в то же время очень глубокий в философском отношении. Иногда эти мысли выражены в поэтической форме хайку, иногда отражены в картине старого мастера, как правило, с соблюдением принципа «ваби».

Как говорит мастер чайной церемонии Сокэй, «цель ваби — дать почувствовать чистоту, незагрязненность обители Будды. Вот почему хозяин и гости, как только входят в скромную чайную хижину, очищают себя от земной пыли и ведут беседу сердцами». Подбору цветов, как и свитку, «хозяин» чайной церемонии уделял особое значение. Считалось, что, как и все в чайной церемонии, букет должен быть составлен по принципу единства контрастов, к примеру, ветка сосны — символ стойкости и вечности — соседствовала с нежной и хрупкой камелией. Очень часто это был один полевой цветок или одна ветка. Важное значение придается освещению тяси-цу. Как правило, в домике шесть-восемь окошечек, разных по размеру и форме, дающих оптимальное — не слишком яркое и не слишком тусклое — освещение. В некоторых случаях можно раздвинуть рамы, и тогда гости получают возможность любоваться частью сада, горой на фоне вечернего неба или луной в полнолуние. Но чаще всего окна в чайном домике бывают закрыты.

Через некоторое время, в течение которого гости могли рассмотреть и оценить предметы в нише, появлялся «хозяин» чайной церемонии (тядзин). Он низко кланялся гостям и садился напротив них, около очага, над которым уже висел котелок с водой. Воду для чая в классическом тясицу кипятили на угольях из сакуры. Чай заваривался особый — зеленый в порошке. Перед «хозяином» лежали все необходимые предметы чайной утвари: шкатулка с зеленым чаем, чашка и деревянная ложка. Каждый из этих предметов, неся важную эстетическую и философскую нагрузку, зачастую являлся настоящим произведением искусства. Большое значение имели история этих предметов, а также те ассоциации, которые они вызывали. «Хозяин» спокойно и медленно насыпал в чашку зеленого чая, затем заливал его кипятком. Затем четкими, сосредоточенными движениями он взбивал эту массу бамбуковым веничком, пока порошок полностью не растворялся и не появлялась светло-зеленая матовая пена. Гости молчаливо наблюдали за происходящим таинством, вслушиваясь в ритмичное постукивание веничка о края чашки. Затем «хозяин» с поклоном передавал чашку главному, самому почетному гостю. Тот медленно, маленькими глотками отпивал чай — зеленую горьковато-терпкую, тающую во рту массу — и, неторопливо обтерев края, возвращал чашку «хозяину». Пройдя по кругу, она снова оказывалась у «хозяина», но затем опять передавалась из рук в руки, чтобы каждый смог теперь внимательно рассмотреть ее, ощутить руками ее шершавую поверхность, теплоту глины. Гости вступали в беседу. Здесь нельзя было говорить о повседневных делах и проблемах, здесь говорили лишь о красоте свитка в токонома, об изяществе сосновой ветви в букете, о естественной величавости чайной чашки.

Чайная церемония и сад учили видеть красоту в обыденном и простом, видеть прекрасное в малом, осознавать высокую ценность всего, что дается человеку в этой жизни. В XVI в. появилось до сотни различных правил чайной церемонии, которые имеют силу и в настоящее время. Правила относятся к аранжировке цветов, кипячению воды, заварке чая, разливу напитка и т. д. Все правила имеют целью вызывать чувство естественности или ощущение искусства тяною без искусственности.

Когда у великого мастера чайной церемонии Рикю спросили, как он достиг своего мастерства, он ответил: «Очень просто. Кипятите воду, заваривайте чай, добивайтесь нужного вкуса. Не забывайте о цветах, они должны выглядеть как живые. Летом создавайте прохладу, зимой — приятную теплоту. Вот и все». И потом он добавил: «Покажите мне того, кто постиг все это, я с удовольствием стану его учеником». Сокровенный смысл чайной церемонии раскрывается в известном изречении Рикю: «Тяною — это поклонение красоте в сером свете будней». И даже в бурном потоке современной жизни, который захватывает и поглощает людей полностью, японцы находят время для тяною. Правда, это не всегда классическая чайная церемония, чаще проводят какой-либо облегченный вариант.

Облегченная церемония обычно проходит в обычных помещениях, причем в комнатах даже ставятся столы и стулья. Сам процесс чаепития, формально оставаясь неизменным, несколько упрощается.

Тем не менее разработанный дзен-буддиста-ми культ ревниво охраняется, отступление от традиционной процедуры считается в Японии нежелательным. Предпочитают строгое соблюдение всех традиционных условий, включая пользование специальным домиком, куда входят, подымаясь на камень и «проползая» в узкий проем. Сидят только на пятках, разговор ведут только в рамках классического ритуала. Японцы признают и тщательно культивируют каноны чайной церемонии не только потому, что она дает им возможность эстетического наслаждения. В процессе этой церемонии они ощущают самих себя: строгая регламентация поведения, точно установленные предлоги для церемонии, вполне определенная утварь и т. д. Чайная церемония в современных условиях продолжает пользоваться широкой популярностью. Основные положения этой тонкой процедуры-искусства разъясняются на лекциях в университетах, на различных факультативах, на занятиях «кружков тяною», создаваемых крупными фирмами и общественными организациями.

Для проведения чайной церемонии в большинстве случаев достаточно одного желания, однако есть поводы и ритуального значения. В наши дни процедура приглашения и проведения чайной церемонии выглядит примерно таким образом. Хозяин посылает приглашение друзьям, и те за два-три дня до чая благодарят его за оказанное внимание. В день чаепития гости собираются за 15—20 мин до назначенного времени в специально отведенной комнатке и выбирают почетного гостя (сёкяку), которым обычно становится человек более высокого положения или старший по возрасту. Они также четко определяют и последующую иерархию: кто будет вторым, третьим и т. д. Именно в таком порядке гости моют руки и входят в предназначенную для церемонии комнату, рассаживаются.

Официальному чаепитию в гостях предшествует кайсэки, т. е. угощение разнообразным набором еды: супы и рис, рыба, картофель с приправой и т. п. Хозяин, угощая гостей, старается рассказать им какой-нибудь интересный случай или историю, он делает все возможное, чтобы времяпрепровождение было для гостей приятным; угощают их и небольшой порцией сакэ. Едят всего очень немного, иначе чайная церемония потеряет смысл.

Чаепитие начинают с густого чая. Хозяин расставляет чашки так, чтобы они были у него под рукой, и начинает чайное действо. Сначала напиток готовится в одной большой чашке для всех гостей. По традиции гости пьют из нее, передавая чашку друг другу. Это должно способствовать возникновению чувства близости. При этом строго соблюдается определенный ритуал. Сначала первый гость берет фукуса (шелковый платок, кусочек шелкового материала), укладывает его на ладонь левой руки, а правой ставит на нее чашку. Кивнув соседу (осаки-ни — раньше вас), он отпивает три с половиной глотка, затем кладет фукуса на циновку, вытирает край чашки своим кайси (бумажный носовой платок; салфетка) и передает чашку второму гостю. Каждый повторяет ту же процедуру. Все выражают свое восхищение чашкой. Первый от имени всех гостей просит хозяина рассказать ее историю.

После крепкого чая подается жидкий и вносят подносы с пирожными. Жидкий чай готовится для всех сразу в нескольких чашках. Гости могут пить, как им захочется.

В Японии существует множество форм чайной церемонии, но строго установлено лишь несколько: ночной чай, чай с восходом солнца, утренний чай, послеобеденный чай, вечерний чай, специальный чай.

Ночной чай начинается при луне. Гости приходят примерно в половине двенадцатого и уходят около четырех часов ночи. Обычно заваривают порошкообразный чай, который готовят на глазах у гостей: листья освобождают от прожилок и измельчают в порошок в ступе. Такой чай бывает очень крепким, его не подают на пустой желудок. Поэтому сначала гостей немного угощают различной едой. Чай с восходом солнца пьют около трех или четырех часов утра. Гости остаются при этом до шести часов. Утренний чай практикуется в жаркую погоду, гости собираются к шести часам утра. Послеобеденный чай обычно подается только с пирожными примерно после часа дня. Вечерний чай начинается около шести часов вечера. Специальное чаепитие (риндзитя-ною) устраивают по каким-либо торжественным случаям: встреча с друзьями, праздники, смена времени года и т. п.

В наше время искусством чайной церемонии в основном занимаются женщины. Сейчас нередко чайная церемония проводится не только в чайных павильонах, но и в одной из жилых комнат дома; часто чайной церемонии предшествует угощение. Однако неизменным остается дух чайной церемонии: стремление создать обстановку душевности, отойти от суетных, повседневных забот и дел. По-прежнему чаепитие — это время для бесед о прекрасном, об искусстве, литературе, живописи.

По мнению японцев, чайная церемония воспитывает простоту, естественность, опрятность. Это, конечно, так, но в чайной церемонии заключено и нечто большее. Приобщая людей к точно установленному ритуалу, она приучает их к строгому порядку и безусловному исполнению социальных правил. Чайная церемония является одной из важнейших основ культивирования национальных чувств.

0


Вы здесь » .: The Role Game ~ Rurouni Kenshin :. » Япония » Дэнсё